Договор россии казахстана белоруссии

Россия, Белоруссия и Казахстан создают экономический союз

МОСКВА, 28 мая. /ИТАР-ТАСС/. Президенты России, Белоруссии и Казахстана подпишут 29 мая в Астане договор о создании с 1 января 2015 года Евразийского экономического союза (ЕАЭС), который станет следующим этапом интеграции трех стран на постсоветском пространстве после создания Таможенного союза и Единого экономического пространства.

Договор о создании ЕАЭС объединяет юридическую базу Таможенного союза и Единого экономического пространства, а также часть нормативных актов Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭс), которые не противоречат более поздним договоренностям в рамках ТС и ЕЭП, пояснили ИТАР-ТАСС в Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), курирующей 20-летний процесс интеграции. «Это не замена Таможенного союза или ЕЭП, а их продолжение, очередной этап интеграции», — говорит профильный чиновник, знакомый с содержанием документов, готовящихся к подписанию.

Экономическая интеграция на постсоветском пространстве началась в 1993 году в рамках Союза Независимых Государств (СНГ). В 2000 году было создано ЕврАзЭс, но реального прорыва удалось достичь с созданием Таможенного союза России, Казахстана и Белоруссии. В совместной статье, опубликованной осенью 2011 года, лидеры трех стран определили союз как мощное наднациональное объединение, способное стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной связки между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом.

Согласно проекту нового документа — договора о ЕАЭС, на территории трех стран поэтапно устанавливается режим свободного передвижения товаров, капиталов, рабочей силы, услуг, а также равный доступ к транспортной и энергетической инфраструктуре и общие правила таможенно-тарифного регулирования. На более поздних этапах в дополнение к Евразийской экономической комиссии планируется создать Комиссию по сырьевым ресурсам, Международный евразийский арбитраж, инвестиционный банк ЕАЭС и ряд других структур. До конца 2014 года к ЕАЭС присоединятся Армения и Киргизия.

Без изъятий и ограничений

В последнем годовом отчете Евразийской экономической комиссии прописана цель договора о ЕАЭС — обеспечить «функционирование Евразийского экономического союза, как правило, без изъятий и ограничений с 1 января 2015 года». Ссылаясь на финальную версию документа, источник ИТАР-ТАСС утверждает, что цель почти достигнута. «Фактически из списка изъятий исключены все гражданские рынки, за исключением алкоголя и табака. Остались сферы, включение которых в интеграционный процесс изначально не предусмотрено. В основном это оборонно-промышленная индустрия», — пояснил он.

По словам источника, из списка изъятий ушли рынки фармацевтики и медицинского оборудования — они будут включены в интеграционный процесс. Общий рынок лекарств трех стран теперь решили сформировать к 2017 году.

Среди изъятий ранее фигурировали рынки нефти, газа и электроэнергии. Теперь они тоже вписаны в союзную концепцию. Срок формирования общих рынков нефти и газа — 2025 год, а электроэнергетики — 2019 год.

Но политическое подписание договора не решит всех интеграционных вопросов, скептичен замдиректора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв. «Направления, которые требуют постоянного внимания, — это сельское хозяйство, энергетический комплекс и транспорт. При взаимоотношениях в рамках Евразийского экономического союза существует ряд вопросов, которые до сих пор не нашли своего разрешения. Они связаны с изъятиями из различных соглашений, но создается впечатление, что новая стадия интеграции позволит в значительной степени эти проблемы устранить», — отметил он.

Союз переходного периода

После подписания союзного договора переговоры продолжатся — по ключевым направлениям развития ЕАЭС предусмотрены многолетние переходные периоды.

Цель союза в топливно-энергетическом комплексе — общий рынок энергоносителей, который планируется создать, в частности, за счет формирования единых принципов доступа к национальным газотранспортным сетям. Крайний срок по формированию общего рынка — 2025 год, а по условиям недискриминационного доступа к энергетической инфраструктуре — 1 января 2016 года.

Условия перехода на равный доступ к газовой трубе пока далеки от согласования, следует из текста отраслевого протокола ЕЭК. Ключевые разногласия касаются маршрутов будущих поставок. Казахстан требует разрешить использовать трубопроводы стран ЕАЭС для экспорта газа в третьи страны, но против этого выступает Россия, предлагая распространить правила равного доступа только на внутренние поставки. Кроме того, российские переговорщики настаивают на том, что доступ к трубе казахских поставщиков должен быть равным, но не с «Газпромом» как с владельцем инфраструктуры, а с независимыми производителями газа.

Также Россия связывает предоставление равного доступа к газопроводам с переходом отрасли на равнодоходные рыночные цены (внутренние цены соответствуют экспортным за вычетом пошлин и стоимости транспортировки. — ИТАР-ТАСС). Но против этого выступила Белоруссия.

Доступ к нефтепроводам в проекте договора о ЕАЭС предусмотрен равный, но Казахстан и Белоруссия намерены дифференцировать тарифы для экспортного сырья и нефти, направляющейся на внутренний рынок. А Россия против разделения тарифов на экспортные и внутренние. Кроме того, Россия выступает против составления совместного индикативного баланса нефти и нефтепродуктов с Белоруссией и Казахстаном.

Спорным остается и вопрос объемов транспортировки нефти и нефтепродуктов по территориям стран — участниц ЕАЭС. Белоруссия и Казахстан предлагают ежегодно вписывать согласованные объемы транспортировки в двусторонние протоколы. А ЕЭК предупреждает, что такая формулировка приведет к созданию барьеров в торговле.

«К 2025 году вся нефть на территории ЕАЭС станет общей. До этого поставки, и в частности спорные вопросы перечисления Белоруссией в бюджет России пошлин с экспортных нефтепродуктов, произведенных из российской нефти, будут регулироваться двусторонними соглашениями», — говорит источник ИТАР-ТАСС.

Общий электроэнергетический рынок будет создаваться на базе параллельно работающих национальных энергосистем с гармонизаций законодательства и технических норм. Доступ сетям предполагается беспрепятственный, но правила его организации остаются на усмотрение стран — участниц ЕАЭС, следует из материалов Евразийской комиссии.

«В части энергетических рынков государства-члены и ЕЭК займутся разработкой соответствующих концепций и программ, которые будут утверждены Высшим экономическим советом. После утверждения страны при участии ЕЭК заключат соответствующие международные договоры», — говорит чиновник, знакомый с процедурами ЕЭК.

Промышленность и сельское хозяйство

Взаимодействие в промышленности стран ЕАЭС ограничивается координацией отраслевых программ и мер на случай кризиса, указано в тематическом протоколе, прилагающемся к тесту союзного договора. Кроме того, страны-участницы обязуются предоставлять предприятиям субсидии по согласованию с ЕЭК.

Договор о ЕАЭС регулирует и поддержку сельского хозяйства.

Страны-участницы сохраняют право на финансирование отрасли в рамках госпрограмм и за счет закупки продовольствия в госрезерв, но отказываются от демпинга и прямого финансирования конкретных агропредприятий с привязкой к объему экспорта.

Также запрещается субсидировать транспортные тарифы на перевозку экспортных сельскохозяйственных товаров. В проекте союзного договора указано, что объем господдержки отрасли не должен превышать 10% от суммарного объема производства к 2016 году (в 2015 году — на уровне 12%).

Для промышленного и агропромышленного секторов в договоре предусмотрен переходный период действия антидемпинговых и компенсационных мер — они сохраняют силу до истечения срока. Годовой переходный период установлен и для торговых преференций с третьими странами, через год договоры должны быть перезаключены от имени союза или денонсированы. Крайний срок для координации национальных промышленных программ — 1 января 2017 года, следует из отраслевого протокола ЕЭК.

Среди стран союза только экономика Белоруссии ориентирована на перерабатывающую промышленность, констатирует профессор Высшей школы экономики Алексей Скопин, надеясь, что «в основном сырьевые экономики России и Казахстана начнут развивать обрабатывающие отрасли». Источниками роста он считает участие стран в совместных программах развития инфраструктуры и импортзамещения, в частности машиностроении, фармацевтике и секторе потребительских товаров.

При отладке единых норм регулирования в энергетической, финансовой и инвестиционной сферах дополнительный прирост в этих секторах может составить 2-4 процентных пункта к 2020 году, добавляет заместитель директора совета по изучению производительных сил Минэкономразвития и РАН Дмитрий Митяев.

«Но особое значение создание ЕАЭС имеет для постиндустриальных секторов — недвижимости, персональных услуг, финансов и страхования. Здесь может быть достаточно быстрый рост за счет повышения спроса и взаимного доступа на рынки», — заключил он.

Финансовые рынки

На финансовые рынки договор о ЕАЭС начнет заметно влиять после 2015 года. К 1 января 2016 года национальные правительства должны проработать схему гармонизации отраслевого законодательства для работы, как указано в материалах ЕЭК, «в краткосрочной перспективе».

К концу 2017 года планируется сделать больше: унифицировать требования для выдачи и отзыва банковских, брокерских и страховых лицензий с их взаимным признанием после 2020 года. Унификацию всех надзорных требований к банкам, страховым компаниям и брокерским домам в ЕЭК надеются завершить к концу 2019 года.

Кроме того, идет работа над соглашением о совместном надзоре за платежными системами, работающими на территории ЕАЭС, уточняется в материалах комиссии. Россия сейчас пересматривает условия работы международных платежных систем, а представительства Visa и MasterСard согласились организовать часть процессинговых операций в России и создать в стране дочерние структуры.

Завершение интеграции финансовых рынков планируется в 2025 году: к этому сроку страны-участницы должны определить полномочия наднационального органа по регулированию финансового рынка. Межстрановой аналог Центробанка будет расположен в Алма-Ате.

Проект договора о Евразийском экономическом союзе декларирует переход стран-участниц к согласованной макроэкономической политике. Согласованность на текущем этапе интеграции предусматривает утверждение общих для трех стран критериев устойчивости национальных экономик: госдолг, равный или ниже 50% ВВП, дефицит бюджета не больше 3% ВВП и инфляция не выше 5% пункта от самого низкого уровня инфляции среди стран — участниц ЕЭС.

По итогам 2013 года проблемы с выходом за пороговое значение одного из параметров были только у Белоруссии — инфляция в стране составила 16,8% при лимите в 9,8%.

Когда ЕАЭС заработает, страны будут обязаны реагировать на выход макроэкономических индикаторов за пороговые значения индивидуальными или совместными стабилизирующими мерами. Но ни штрафы, ни другие меры принуждения к государству, допустившему сбой, в договоре о ЕЭС не прописаны.

Оценка внешних и внутренних угроз экономикам стран — участниц ЕАЭС уже началась, указано в опубликованном в середине мая отчете Евразийской экономической комиссии.

«Но предусмотренные меры были выполнены не в полном объеме, что не позволило обеспечить поддержание макроэкономической устойчивости во всех государствах-членах», — признали экономисты ЕЭК, посоветовав странам улучшать администрирование косвенных налогов, отменить требование к Белоруссии по перечислению в бюджет России пошлин на экспорт бензина, произведенного из российской нефти, и принять превентивные меры по предупреждению региональных кризисов из-за нестабильных валютных курсов.

Проект договора о ЕАЭС не предусматривает перехода на единую валюту, но декларирует задачу увеличить долю взаимных расчетов в тенге, а также российских и белорусских рублях. По итогам 2013 года доля рубля в контрактах между тремя странами ЕАЭС составляла 55%, остальных национальных валют — не больше 2%. Доллар занимает 35% в торговле между Россией, Казахстаном и Белоруссией, а евро — 8%, подсчитали в ЕЭК.

Практически вся юридическая база ЕАЭС соответствует нормам Всемирной торговой организации, констатирует замдиректора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв. Но в рамках ВТО предстоит решить вопрос гармонизации таможенного тарифа Армении со странами ЕАЭС (сейчас уровень тарифов в Армении ниже. — ИТАР-ТАСС), напомнил директор ЦИИ Евразийского банка развития Евгений Винокуров. Для этого, поясняет он, «потребуется повышение уровня тарифной защиты в Армении».

Россия — член ВТО, Казахстан в ближайшем будущем может стать членом ВТО, так что особых отношений выстраивать не надо, согласен Скопин из ВШЭ. «Консолидированная позиция будет плюсом для этих стран, отметил он, приведя в пример Европейский союз, который выступает в ВТО с единой позицией.

Россия, Белоруссия и Казахстан объединились в Евразийский экономический союз

МОСКВА, 1 января. /ТАСС/. Россия, Белоруссия и Казахстан с 1 января 2015 года выходят на новый уровень экономической интеграции — с нового года начинает действовать Евразийский экономический союз (ЕАЭС). Он станет преемником Таможенного союза, созданного тремя странами в 2010 году.

ЕАЭС создает общий рынок, действующий на основе правил Всемирной торговой организации (ВТО), заявлял в конце декабря президент России Владимир Путин. Совокупный объем ВВП этого рынка превышает 4,5 трлн долларов.

Согласно договору о создании ЕАЭС, на территории союза обеспечиваются свобода движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы, а также проведение скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях экономики. Гармонизация национальных законодательств к правилам нового союза должна быть завершена в течение 10-летнего периода.
В 2016 году, согласно договоренностям стран-участниц союза, должен быть создан общий фармацевтический рынок, к 2019 году — общий рынок электроэнергии, а к 2025 году — нефти, газа и нефтепродуктов. В том же году в Алма-Ате должен начать работу наднациональный орган по регулированию финансового рынка союза.

Члены Евразийского экономического союза не смогут применять друг к другу защитные меры в торговле — меры нетарифного регулирования, специальные защитные, антидемпинговые и компенсационные меры.

Исключение составят случаи, когда защитные меры необходимы для обеспечения обороны и безопасности, охраны жизни и здоровья человека, защиты природы. Но такие меры не должны являться средством неоправданной дискриминации или скрытым ограничением торговли, гласят правила договора.

Условия Таможенного союза позволяли его участникам применять взаимные защитные меры, хотя на практике они фактически не применялись.

Право вводить санитарные, ветеринарно-санитарные и карантинные фитосанитарные меры за членами Евразийского экономического союза сохраняется.

Работать без разрешений

С Нового года гражданам России, Белоруссии и Казахстана не придется получать разрешения на работу для трудоустройства в любой из стран ЕАЭС. Внутренней трудовой миграции в союзе будет способствовать и взаимное признание дипломов об образовании (исключение — юристы, педагоги, медики и фармацевты).

Читайте так же:  Оценка бизнеса лицензия

Граждане стран-членов союза, работающие в одной из них по контракту более чем на полгода, будут уплачивать подоходный налог, так же как его уплачивают местные жители, а не иностранные граждане.

Нерешенным пока остается вопрос о сохранении пенсионных прав при переезде в одну из стран союза. Как сообщала ТАСС министр ЕЭК по интеграции Татьяна Валовая, Евразийская экономическая комиссия занимается подготовкой дополнительного договора для разрешения этого вопроса. Этот документ будет гарантировать гражданам при переезде в одну из стран союза сохранение и перевод пенсионных прав, приобретенных на территориях других государств-членов ЕАЭС.

Три «корзины» рынка услуг

Интеграция должна усилить конкуренцию и на рынке услуг стран союза. Так, строительные компании стран ЕАЭС смогут работать на территории союза без образования новых юрлиц, заявлял в декабре министр экономического развития Алексей Улюкаев. Но с начала 2015 года такая практика будет применяться только в отношениях между Россией и Белоруссией.
В целом либерализация на союзном рынке услуг союза будет постепенной. 23 декабря президенты трех стран договорились о введении секторального рынка услуг. Это предполагает разделение всех нефинансовых услуг на три «корзины».

В первую вошли те услуги, по которым с 2015 года автоматически применятся принцип взаимного признания лицензий. Во второй «корзине» находятся услуги, по которым предусмотрен переходный период, в третьей «корзине» — так называемые «горизонтальные» услуги, по которым стороны пока не готовы либерализовать рынок. Эти услуги по большей части связаны со стратегическими отраслями и обеспечением безопасности.

Принцип взаимного признания лицензий будет применяться для попавших в первую «корзину» оптовой и розничной торговли, услуг гостиниц и предприятий общественного питания.
Во вторую «корзину» вошли различные строительные, инженерные и проектные работы, рекламные услуги и другие. Для них предусмотрен разноскоростной режим либерализации, самый длительный переходный период — до 2025 года.

Пять вместо трех

Евразийский экономический союз, согласно условиям договора, открыт для вступления других государств, разделяющих его цели и принцип, на согласованных странами-участницами условиях. Уже 2 января к новому союзу присоединится Армения. Республика с этого времени станет полноправным участником союза, но в исполнительных органах ЕАЭС будет представлена в урезанном составе до окончания срока их полномочий.

Россия, Белоруссия и Казахстан подписали договор о создании Евразийского экономического союза

Президенты трёх стран в Астане поставили свои подписи под договором о создании Евразийского экономического союза. Впереди — ратификация национальными парламентами и новый этап интеграции.

Они успели подписать его, как и планировали, до первого июня, хотя еще недавно многие сомневались, что удастся уложиться к этому сроку. Потребовались годы переговоров, чтобы уладить все спорные вопросы. Даже во время предыдущей встречи в Минске в конце апреля, президенты признавались, разногласия еще остаются. Но за последний месяц удалось найти взаимопонимание.

«Подписанный Договор имеет действительно эпохальное, историческое значение, открывает самые широкие перспективы для развития экономик и повышения благосостояния граждан наших стран. Государства «тройки» будут проводить согласованную политику в ключевых отраслях экономики – в энергетике, промышленности, сельском хозяйстве, транспорте, — сказал В. Путин. — Это непростая, точнее, очень сложная работа, и до сих пор было сложно договориться по всем этим вопросам. Со спорами и, не хочется говорить, со скандалами, но всё-таки с острыми спорами, с острым обсуждением, но это всё происходило, уверен, так и будет происходить в будущем, на основе взаимопонимания и желания достичь компромисса, приемлемого для всех».

Подписанный договор — это несколько сотен страниц, где постарались учесть все, даже малейшие нюансы работы нового экономического объединения, которое уже называют крупнейшим в Евразии.

«К этому объединению уже проявляют интерес крупнейшие экономические игроки, самый прямой, непосредственный. Куда бы я ни приехал, с кем бы ни говорил – все ставят вопрос, как наладить отношения с будущим Евразийским союзом», — сообщил Президент РФ.

При составлении договора постарались учесть лучшее из международного опыта. Так, многие нормы прописаны с учетом правил Всемирной торговой организации. Эксперты постарались избежать всех ошибок, с которыми столкнулся Европейский экономический союз. Главный принцип Евразийского союза — равноправие всех участников. Голос каждой страны будет иметь одинаковый вес при принятии любых решений.

«Сегодня рождается новая геоэкономическая реальность XXI века. Впереди нас ждет непростой этап становления и развития. Создание — это одно, мы выстрадали. Но теперь, создав, доказать себе и всеми миру необходимость, жизнеспособность этой интеграции — наша большая задача. Интеграция сама по себе не гарантирует идеальной жизни, манны небесной, нам каждому из государств придется работать», — сказал президент Казахстана Нурсултан Назарбаев.

Уже после подписания президент Белоруссии напомнил, насколько непростым порой был поиск компромиссов. В самом начале, когда обсуждалась лишь идея создания нового экономического объединения, ее поддержали многие, но пройти весь пути до конца смогли лишь три государства.

«Кого-то мы теряли на этом пути. Я имею в виду Украину времен Кучмы, которая также начинала с нами эту тяжелую работу. Но, к сожалению, ноша оказалась очень тяжелой для Украины, — заявил президент Белоруссии Александр Лукашенко. — Но я уверен, что рано или поздно руководство Украины поймет, где лежит ее счастье. Кого-то мы находили на этом долгом и трудном пути.

О том, насколько выгодным может быть участие в новом объединении, стало ясно уже в 2011-м, когда был создан Таможенный союз. Благодаря открытым внутренним границам товарооборот между Россией, Казахстаном и Белоруссией вырос почти вдвое. Появление же Евразийского союза, по оценкам некоторых экспертов, в ближайшие годы увеличит доходы стран-участниц почти на триллион долларов. Учитывая такие перспективы, лидеры Армении и Киргизии, которые также присутствовали на переговорах в Астане, попросили побыстрее рассмотреть возможность и их вступления в союз.

«Прошу установить срок для подписания документа о присоединении Республики Армения к Договору о Евразийском экономическом союзе до 15 июня текущего года, — сказал президент Армении Серж Саргсян. — Понимаю, что сроки очень сжатые, но в случае вашей готовности, уверен, что за два-три дня мы сможем найти взаимоприемлемые решения, которые устроят нас и наших партнеров».

«Мы хотели бы встретить Новый год в Евразийском экономическом союзе. И здесь я очень рассчитываю на поддержку членов Таможенного союза», — заявил президент Киргизии Алмазбек Атамбаев.

Назначать точные сроки вхождения Киргизии и Армении в Евразийский союз пока не стали. Однако, по общему мнению лидеров России, Казахстана и Белоруссии сделать это необходимо как можно быстрее, к всеобщей выгоде. Хотя, конечно появление столь крупного объединения в мире обрадовало далеко не всех.

Так, еще в 2012-м году, тогда еще госсекретарь США, Хиллари Клинтон даже заявляла о том, что необходимо сделать все, чтобы не допустить создания Евразийского союза, экономические возможности которого нельзя недооценивать.

«Сегодня мы вместе создаём мощный, притягательный центр экономического развития, крупный региональный рынок, который объединяет более 170 миллионов человек. Наш Союз обладает огромными запасами природных ресурсов, в том числе энергетических. На него приходится пятая часть мировых запасов газа и почти 15 процентов – нефти. У стран «тройки» в то же самое время развитая промышленная, индустриальная база, мощный кадровый, интеллектуальный, культурный потенциал. Географическое положение позволяет нам создавать транспортные, логистические маршруты не только регионального, но и глобального значения, завязывать на себя масштабные торговые потоки Европы и Азии», — отметил Владимир Путин.

Чтобы максимально использовать все возможности объединения, экономики всех стран-участниц будут работать по единым стандартам. Кроме того, отменяются любые ограничения на передвижение капиталов, услуг и рабочей силы в пределах Союза. Это сделает проще работу предпринимателей, позволит снизить издержки, а значит, и стоимость конечной продукции. Так что в фойе Дворца независимости в Астане, где и проходило подписание договора, президентов дожидалась внушительная делегация бизнесменов.

Отныне все ключевые вопросы Россия, Казахстан и Белоруссия будут решать вместе, будь то транспорт, энергетика, сельское хозяйство или промышленность. Причем вместе будут определять не только внутреннюю экономическую политику, но также сообща действовать и на внешних рынках.

Датой рождения Евразийского экономического союза лидеры назвали первое января 2015 года. До этого момента необходимо уладить еще некоторые нерешенные вопросы. Кроме того, национальным парламентам предстоит ратифицировать подписанный договор. После этого Евразийский экономический союз будет зарегистрирован в Организации Объединенных Наций.

Россия, Казахстан и Белоруссия подписали договор о ЕАЭС

В Астане подписан договор о Евразийском экономическом союзе. Подписи под историческим документом в четверг поставили президенты России, Белоруссии и Казахстана. Страны-участницы будут осуществлять согласованную политику в ключевых отраслях экономики. Присоединиться к союзу уже выразили желание Армения и Киргизия.

Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев и Александр Лукашенко в Астане подписали договор об Евразийском экономическом союзе. Как ожидается, национальные парламенты трех стран осуществят ратификацию договора до конца 2014 года и с 1 января 2015 года ЕАЭС начнет функционировать, передает «Интерфакс».

Как заявил перед подписанием документа Назарбаев, документ «имеет историческое значение для будущего России, Казахстана и Белоруссии». «Договор получился взвешенным, грамотным, учитывающим интересы всех государств», — сказал глава Казахстана. Он напомнил, что работа была проведена огромная, но был «достигнут консенсус, который удовлетворил все стороны».

Работа над договором началась в ноябре 2011 года, когда президентами трех стран была принята декларация о евразийской экономической интеграции. 29 апреля 2014 года на заседании в Минске лидеры России, Белоруссии и Казахстана провели финальный раунд переговоров перед подписанием документа.

Кроме того, стало известно, что Киргизия рассчитывает присоединиться к ЕАЭС до конца текущего года. Президент Армении Серж Саргсян сообщил, что его страна также намерена присоединиться к договору, но уже до 15 июня 2014 года.

Договор россии казахстана белоруссии

Таможенный союз Белоруссии, Казахстана и России
(проблемы и перспективы зарождающегося Евразийского союза)

Ж. Кембаев, доктор права (Германия), КИМЭП

Год назад, 1 января 2010 г., со вступлением в силу единого таможенного тарифа , начался первый этап работы Таможенного союза Белоруссии, России и Казахстана. Данное событие произошло в полном соответствии с Договором о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза, а также планом действий по его созданию, подписанных 6 октября 2007 г. главами государств Белоруссии, России и Казахстана в Душанбе. Однако ход интеграционных процессов на постсоветском пространстве имеет гораздо более длительную предысторию.

Предыстория Таможенного союза

Уже в момент развала Советского Союза теперь уже бывшие советские республики, констатируя, что СССР перестал быть геополитической реальностью, все же договорились сотрудничать «в формировании и развитии общего экономического пространства, общеевропейского и евразийского рынков» в рамках Содружества Независимых Государств (ст. 7 Соглашения о создании СНГ от 08.12.1991 г.). В этой связи особо следует отметить подписанный 24 сентября 1993 г. Договор о создании Экономического союза (т.е. высшей формы межгосударственной интеграции, предполагающей наличие единого экономического пространства, гармонизацию фискальной и монетарной политики государств-членов и, как следствие, введение единой валюты). Отказавшись от единой социалистической плановой экономики, страны СНГ решили объединить свои экономики на новой рыночной основе путем последовательного прохождения целого ряда этапов. На первом этапе должна была быть создана зона свободной торговли. На втором этапе предусматривалось образование Таможенного союза. На третьем этапе должен быть сформирован общий рынок товаров, капитала и рабочей силы, а заключительным (четвертым) этапом должно было стать образование экономического союза.

Необходимо отметить, что решение о создании экономического союза на постсоветском пространстве отнюдь не являлось экстраординарным явлением в международных отношениях /1/. Наоборот, оно всецело отражало и находилось в полном соответствии с одним из магистральных путей развития современного международного сообщества, а именно с процессами международной интеграции /2/.

Однако Содружество так и не смогло претворить в жизнь ни один из вышеуказанных интеграционных проектов ввиду непреодолимых разногласий между его участниками. К концу 1994 г. в рамках СНГ четко сформировалось два лагеря, имевших диаметрально противоположные видения развития Содружества. Если первый лагерь (Россия, Беларусь и Казахстан) выступал за углубленную интеграцию и преследовал в качестве задачи-минимум построение таможенного союза, то второй лагерь, представители которого образовали впоследствии такую региональную организацию, как ГУАМ /3/, рассматривал существование СНГ лишь как форму «цивилизованного развода» и считал в качестве максимально приемлемого для себя предела интеграции в рамках СНГ только создание зоны свободной торговли (т.е. исключал для себя любую форму политической интеграции). В силу возникших между ними противоречий страны СНГ в своей совокупности не смогли договориться даже о создании наиболее элементарных форм РИО /4/. В то же время к середине 90-х гг. в рамках СНГ образовалась группа государств, решившая реализовать положения Договора об Экономическом союзе хотя бы между собой. 6 января 1995 г. было подписано Соглашение о Таможенном союзе (ТС) между Россией и Белоруссией, к которому 20 января 1995 г. присоединился Казахстан, а 29 марта 1996 г. — Кыргызстан. Стремление обеспечить более высокий уровень интеграции было также отражено в Договоре об углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях от 29 марта 1996 г., который поставил цель создать в перспективе «сообщество интегрированных государств» посредством «поэтапного углубления интеграции в экономике, науке, образовании, культуре, социальной сфере при соблюдении суверенитета Сторон» ( ст. 1 Договора).

Несмотря на громкие прокламации, прогресс, сделанный данными государствами на пути построения таможенного союза, был, однако, незначительным. Даже то немногое, что было достигнуто, не устояло перед первым серьезным испытанием — мировым финансовым кризисом 1998 г., когда государства — участники ТС видели единственно верный способ решения своих экономических проблем в построении защитных барьеров друг от друга. Другим свидетельством существования таможенного союза лишь на бумаге являлось то, что один из его членов — Кыргызстан — стал в индивидуальном порядке членом ВТО в 1998 г. Тем не менее, результатом экономического кризиса стал не окончательный развал формирующегося альянса, а принятие им (а также присоединившегося к нему Таджикистана) 26 февраля 1999 г. Договора о Таможенном союзе и едином экономическом пространстве, в соответствии с которым стороны обязались завершить формирование таможенного союза и перейти на его основе к следующему этапу интеграции, а именно — к построению Общего рынка /5/.

Читайте так же:  Приказ о надбавке к заработной плате за вредные условия труда

Создание и развитие Евразийского экономического сообщества

В то же время было очевидно, что построение единого экономического пространства требует отхода от классических международно-правовых методов принятия решений, основанных на единогласии и суверенном равенстве государств. Для достижения поставленной цели требовались новые организационно-правовые решения, поиск которых нашел свое отражение в подписании вышеуказанной пятеркой государств 10 октября 2000 г. Договора об учреждении Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) / 6 /.

ЕврАзЭС с полным основанием можно охарактеризовать как правопреемника и продолжателя предшествующих ему интеграционных схем, наделенного к тому же целым рядом прогрессивных нововведений. Однако в первые годы своего существования Сообщество откровенно прозябало. Свидетельством тому может служить, например, подписание 19 сентября 2003 г. Соглашение о формировании Единого экономического пространства (ЕЭП) между Россией, Белоруссией, Казахстаном и Украиной. Основной целью этого соглашения являлось создание зоны свободной торговли между вышеназванными государствами (к чему всегда стремилась Украина), но в то же время соглашение предусматривало гармонизацию их макроэкономической политики и создание условий для свободного движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы (т.е. создания таможенного союза и общего рынка, что всегда было задачей первой тройки государств). Факт заключения данного соглашения являлся, безусловно, позитивным, хотя бы в силу того обстоятельства, что оно объединяло все наиболее развитые в экономическом плане республики бывшего СССР. Однако оно также свидетельствовало и том, что прогресс, сделанный ЕврАзЭС, являлся несущественным. Если было бы иначе, речь могла бы только идти о договоре между ЕврАзЭС и Украиной о построении зоны свободной торговли.

Однако начиная с середины первой декады нового столетия ситуация резко изменилась. Оранжевая революция на Украине, с одной стороны, и стремительный рост цен на энергоносители, с другой, снова сделали ЕврАзЭС наиболее перспективным интеграционным объединением на постсоветском пространстве. Не случайно государства-члены такой международной организации, как Центрально-Азиатское Сотрудничество (ЦАС) /7/, после того как Узбекистан заявил о своем намерении вступить в ЕврАзЭС, приняли в октябре 2005 г. решение о самороспуске ЦАС и осуществлении всех своих интеграционных проектов под эгидой ЕврАзЭС. Еще одним значимым событием в истории развития интеграционных процессов на евразийском пространстве стало учреждение 12 января 2006 г. Евразийского банка развития — международной финансовой организации, призванной содействовать экономическому росту государств-участников, расширению торгово-экономических связей между ними и развитию интеграционных процессов на евразийском пространстве.

Наконец, необходимо отметить заседание высшего органа ЕврАзЭС — Межгосударственного совета (Межгоссовета), состоявшееся 6 октября 2007 г., на котором было принято решение завершить формирование таможенного союза между тремя наиболее экономически развитыми государствами альянса — Белоруссией, Казахстаном и Россией — до 2011 г. (первый раз в истории интеграционных процессов на постсоветском пространстве, когда устанавливаются конкретные сроки достижения определенного этапа развития).

Правовая природа ЕврАзЭС

В отличие от Устава СНГ, который, как и другие учредительные документы Содружества, не содержит положений, которые прямо бы определяли правовую природу СНГ, Договор об ЕврАзЭС закрепляет, что Сообщество является международной организацией (ст. 1 Договора) и пользуется правоспособностью, необходимой для реализации его целей и задач на территории каждого государства-члена (ст. 11 Договора).

В качестве международной организации Сообщество ставит перед собой следующие четко обозначенные цели: 1) «повышение уровня жизни народов» государств-членов путем согласования проводимых социально-экономических преобразований и эффективного использования своих экономических потенциалов; 2) координация подходов при интеграции в мировую экономику и международную торговую систему /8/; 3) эффективное продвижение процесса формирования Таможенного союза и Единого экономического пространства (Преамбула и ст. 2 Договора об ЕврАзЭС).

Таким образом, ЕврАзЭС, по сути, преследует те же самые цели, которые в 50-х гг. были поставлены перед европейскими сообществами (которые, трансформировавшись при этом в нынешний Европейский союз, последовательно прошли долгий путь от этапа построения таможенного союза в 1968 г., общего рынка в 1992 г. и полного введения единой наличной валюты в 2002 г.).

Кроме того, ЕврАзЭС существенно отличается от всех предшествующих интеграционных объединений на постсоветском пространстве принятым в его рамках механизмом принятия решений, который имеет внешнее сходство с процедурами принятия решений в Европейском союзе. В этой связи, прежде всего, следует отметить то, что стороны согласились принимать решения в исполнительном органе ЕврАзЭС — Интеграционном комитете (ИК), а также в Комиссии постоянных представителей (КПП), осуществляющей текущую работу Сообщества в период между заседаниями ИК, на основе квалифицированного большинства голосов путем т.н. «взвешенного голосования». При этом до вступления Узбекистана в ЕврАзЭС голоса распределялись следующим образом: Россия — 40 голосов, Белоруссия и Казахстан — по 20, а Кыргызстан и Таджикистан — по 10; а после вступления Узбекистана распределение голосов стало следующим: Россия — 40, Белоруссия, Казахстан и Узбекистан — по 15, а Кыргызстан и Таджикистан — по 7,5 (ст. 13 Договора об ЕврАзЭС). Применение «взвешенного голосования», которое характерно для наднациональных организаций и которое, с одной стороны, учитывает значимость России в интеграционных процессах, а с другой — создает такой механизм, где для принятия решения необходимы голоса как минимум четырех государств, несомненно, является значительным шагом в сторону углубления интеграции.

Однако если проанализировать институциональную систему ЕврАзЭС, то вопрос о наднациональном характере организации отпадает сам собой. Тот же ИК, будучи сходным по задачам с Европейской комиссией (исполнительным органом Евросоюза), в отличие от Еврокомиссии (члены которой являются абсолютно независимыми и должны представлять интересы Евросоюза), состоит из заместителей глав правительств государств-членов. Таким образом, даже только в силу внутригосударственной иерархии каждого из государств-членов, ИК находится в полном подчинении Межгоссовета и неизбежно представляет национальные интересы государств-членов. Полностью подчиненный характер имеют также и члены КПП, которые непосредственно назначаются главами государств-членов и несут перед ними ответственность за свою деятельность.

Другим органом ЕврАзЭС, имеющим в себе наднациональные зачатки, является МПА, состоящая из парламентских делегаций государств-членов: Россию представляют 28 парламентариев; Беларусь, Казахстан и Узбекистан — по 14; Кыргызстан и Таджикистан — по 7. При этом каждый парламентарий имеет один голос, а решения принимаются квалифицированным большинством в 2/3 голосов /9/. В то же время необходимо отметить, что роль данного органа, заседания которого проводятся только один раз в год, сводится лишь к принятию рекомендаций относительно вопросов гармонизации национального законодательства государств-членов.

Среди органов ЕврАзЭС на наднациональный статус может претендовать лишь Секретариат. Как Генеральный секретарь, который является высшим административным должностным лицом Сообщества, так и персонал Секретариата при исполнении служебных обязанностей не должны запрашивать или получать указания от кого бы то ни было. Однако при этом следует учесть, что функции Секретариата являются, опять-таки, незначительными и ограничиваются всего лишь организацией работы и информационно-технического обеспечения Межгоссовета и ИК (п. 3 ст. 6 Договора об ЕврАзЭС).

Особо следует отметить, что институциональная система ЕврАзЭС также включает в себя Суд Сообществ, который, однако, пока так и не начал свою деятельность, и до последнего времени его функции исполнялись Экономическим судом СНГ (на основе Соглашения между СНГ и ЕврАзЭС от 3 марта 2004 г.) /10/. Тот факт, что один из составных компонентов СНГ (крайне аморфной межгосударственной организации) без труда вписывается в институциональную структуру ЕврАзЭС, еще раз наглядно подтверждает правовую природу ЕврАзЭС как организации, прежде всего основанной на суверенном равенстве и независимости ее государств-членов. Кроме того, необходимо подчеркнуть, что государства — члены СНГ крайне редко обращаются в данный орган для разрешения споров между собой ввиду того, что, во-первых, они чувствуют себя вполне защищенными применяемым в процессе принятия всех более или менее важных решений принципом консенсуса, и, во-вторых, решения суда (при полном отсутствии обеспечиваемого санкциями механизма принудительного исполнения) фактически носят всего лишь рекомендательный характер.

Можно с полным основанием констатировать, что единственным органом ЕврАзЭС, имеющим реальную власть, является Межгоссовет, состоящий из глав государств и правительств. Являясь высшим органом Сообщества, рассматривающим принципиальные вопросы и определяющим стратегию и направления развития интеграции, Межгоссовет является институтом, который призван обеспечить согласование национальных интересов государств-членов с выполнением задач и целей, стоящих перед ЕврАзЭС. Как это является нормой в классических международных организациях, Межгоссовет все свои решения принимает только на основе консенсуса (п. 1 ст. 13 Договора об ЕврАзЭС).

Более того, необходимо отметить, что если европейские сообщества с самого начала своего существования (так же как теперь созданный на их основе Европейский союз) обладали собственной, хотя и строго лимитированной юрисдикцией, в пределах которой они осуществляют самостоятельные властные полномочия, а правовые предписания, издаваемые институтами Союза имеют прямое действие и обладают верховенством по отношению к праву государств-членов, то ЕврАзЭС не наделен какой-либо автономной компетенцией, и все решения его органов исполняются государствами-членами путем принятия необходимых национальных нормативных правовых актов в соответствии с их национальным законодательством (ст. 14 Договора об ЕврАзЭС) /11/.

На основе вышеизложенного можно констатировать, что схожесть ЕврАзЭС и Евросоюза является весьма поверхностной. Основное различие заключается в том, что Евросоюз (особенно в рамках своей нынешней первой опоры — европейских сообществ) является ярко выраженным наднациональным образованием, в то время как ЕврАзЭС, обладая некоторыми элементами, свойственными наднациональным организациям, остается, по существу, уменьшенным, усовершенствованным, но все же подобием СНГ — организации, полностью основанной на принципе суверенного равенства и консенсуса государств-участников.

Проблемы региональной интеграции на Евразийском пространстве

Являясь на сегодняшний день наиболее продвинутой моделью сотрудничества постсоветских государств, ЕврАзЭС все же испытывает целый ряд существенных проблем в своей деятельности, среди которых прежде всего следует выделить следующие: 1) неоднородность субъектного состава Сообщества; 2) отсутствие в рамках ЕврАзЭС эффективных наднациональных органов; 3) отсутствие баланса между государствами — членами альянса; 4) отсутствие полного всеобъемлющего подключения государств — членов ТС к процессам международной экономической интеграции на глобальном уровне в рамках ВТО и 5) конкуренция и противодействие со стороны других геополитических сил.

Неоднородность субъектного состава Сообщества прежде всего проявляется в разной степени приверженности его государств-членов принципам рыночной экономики и крайне неодинаковом уровне экономического развития. Если ВНП на душу населения в 2008 г. (по данным Всемирного банка) в России, Казахстане и Белоруссии составлял 11 748, 8514 и 6277 долл. США, то в Узбекистане, Кыргызстане и Таджикистане лишь 1022, 974 и 751 долл. США, соответственно.

Неизбежным следствием такой существенной гетерогенности является необходимость проведения многоуровневой и разноскоростной интеграции . Неслучайно реальные шаги в сторону создания единого экономического пространства в настоящее время предпринимаются лишь между Россией, Казахстаном и Белоруссией, в то время как Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан пока еще абсолютно не готовы к глубокой экономической интеграции /12/.

Однако неготовность всех членов ЕврАзЭС к интеграционным процессам не должна служить тормозом для тех государств, которые могут и хотят начать процесс объединения своих национальных экономик. Бесспорно, что сама проблема неодинаковости экономического развития различных государств-членов решаема лишь посредством роста промышленности и сельского хозяйства в рамках всего Сообщества, что обуславливает необходимость отмены барьеров на пути свободного передвижения товаров, а затем и услуг, капитала и труда. В этой связи не подлежит сомнению правильность решения, принятого Белоруссией, Казахстаном и Россией, идти вперед к формированию Таможенного союза, не дожидаясь готовности остальных членов альянса.

Как показывает международный опыт, создание Таможенного союза является не самоцелью, а лишь одним из этапов на пути дальнейшей интеграции. Устранение всех внутренних барьеров на пути движения товаров неизбежно влечет за собой формирование общего рынка (или, другими словами, единого экономического пространства), в котором гарантируется свобода передвижения не только товаров, но также и услуг, капиталов и рабочей силы (так называемые четыре свободы). Далее логичным следствием функционирования полностью сформировавшегося единого экономического пространства становится необходимость проведения единой финансово-валютной политики и создание экономического союза путем введения единой валюты.

Действительно, после того как 27 ноября 2009 г. главы государств Беларуси, Казахстана и России подписали пакет документов о применении единого таможенного тарифа с 01.01.2010 г. и вступлении в силу Таможенного кодекса Таможенного союза с 01.06.2010 г. (и, таким образом, завершения формирования единой таможенной территории), уже 19 декабря 2009 г. они договорились создать единое экономическое пространство к 1 января 2012 г. В условиях незавершенности построения общего рынка вопрос введения единой валюты не может быть повесткой сегодняшнего дня, однако и эта перспектива уже становится предметом обсуждений в т.ч. и на правительственном уровне.

В то же время интеграционные процессы на Евразийском пространстве идут далеко не всегда гладко и без проблем. Так, Таможенный кодекс ТС вступил в силу с 1 июля 2010 г. только для Казахстана и России; вместе с тем Белоруссия ратифицировала кодекс после длительных и трудных переговоров только 6 июля 2010 г. /13/. Каковы бы ни были аргументы сторон, белорусско-российский спор делает наглядным одну из главных слабостей альянса, а именно чрезмерную роль, которую играет в нем топливно-энергетический комплекс (что, впрочем, должно рассматриваться альянсом также как одна из главных мотиваций к углублению интеграционных процессов в целях диверсификации экономики, развития перерабатывающей промышленности и отхода от сырьевой направленности).

Читайте так же:  Пособие на второго ребенка в крыму 2018

Именно при возникновении подобного рода споров остро ощущается отсутствие в рамках ЕврАзЭС эффективных наднациональных органов, наделенных компетенцией самостоятельно принимать действенные решения в пользу всего Сообщества, а не в (часто противоречивых) интересах отдельных государств-членов. Важнейшей проблемой ЕврАзЭС является, несомненно, несоответствие ее институциональных структур (в большей части основанных на классических принципах международного права) стоящей перед организацией цели создания таких продвинутых интеграционных объединений, как Таможенный союз, и далее единое экономическое пространство. Очевидно, что глубокая интеграция невозможна без политической воли на построение наднациональных органов, а само функционирование вышеуказанных интеграционных объединений возможно лишь при условии передачи им государствами-членами определенной части своих суверенных полномочий.

Понимание того, что построение такой архисложной структуры, как Таможенный союз, требует отхода от традиционных форм международно-правового сотрудничества, безусловно, существует и в правящих элитах евразийских государств, заинтересованных в продвижении процессов региональной интеграции. В этой связи весьма показательным является то, что 6 октября 2007 г. Беларусь, Казахстан и Россия помимо договора о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза заключили также договор, учреждающий единый постоянно действующий регулирующий орган Таможенного союза — Комиссию.

Комиссия, по сути, является усовершенствованным форматом ИК и КПП ЕврАзЭС, переняв у обоих их наиболее лучшие черты: представительность и постоянство, соответственно. В Комиссию входят по одному постоянному представителю от каждой стороны на уровне заместителя главы правительства (или члена правительства, наделенного необходимыми полномочиями). Так же как ИК и КПП, Комиссия может в пределах своих полномочий принимать обязательные решения большинством в 2/3 голосов на основе принципа «взвешенного голосования» (при следующем распределении голосов: Беларусь — 21,5; Казахстан — 21,5; Россия — 57).

В то же время, так же как ИК и КПП, Комиссия является органом, полностью подчиненным Высшему органу (уже в силу внутригосударственной иерархии). Кроме того, если одна из сторон не согласна с принимаемым решением Комиссии, то этот вопрос должен быть внесен на рассмотрение Высшего органа (который принимает решения только консенсусом). Также любая сторона имеет право внести в Высший орган предложение о пересмотре решения Комиссии. Таким образом, можно констатировать, что хотя создание Комиссии является большим шагом вперед на пути интеграции евразийских государств, характеризовать данный орган в качестве наднационального было бы в настоящее время, несомненно, преувеличением.

Наряду с этим нельзя, однако, не отметить, что государства — члены ТС договорились при создании Комиссии, что данный орган будет осуществлять свою деятельность на основе принципа «добровольной поэтапной передачи Комиссии части полномочий государственных органов сторон» (ст. 2 Договора о Комиссии). Не вызывает сомнений то обстоятельство, что именно от воплощения в жизнь данного принципа зависит будущее интеграционных проектов на Евразийском пространстве, обуславливается возможность построения эффективного прочного Таможенного союза и переход к единому экономическому пространству.

Другим обнадеживающим событием последних месяцев стало принятие нового Статута Суда ЕврАзЭС от 05.06.2010 г. Прежде всего следует отметить , что согласно Статуту Суд ЕврАзЭС будет принимать обязательные решения относительно всех межгосударственных споров экономического характера в рамках ЕврАзЭС. При этом споры будут рассматриваться судом по заявлению не только государств, но и органов ЕврАзЭС (соответственно, органов ТС), а в рамках ТС — даже по заявлению хозяйствующих субъектов государств — членов Таможенного союза. Хотя статут закрепляет, что обращения в суд хозяйствующих субъектов и особенности судопроизводства по ним будут определяться отдельным международным договором, само закрепление возможности обращения хозяйствующих субъектов к Суду ЕврАзЭС с заявлением о защите своих прав, вытекающих из создания Таможенного союза, является, несомненно, значительным шагом вперед (сопоставимым по значимости с введением «взвешенного голосования»).

Таким образом, можно констатировать, что в рамках ТС наметился определенный прогресс в сторону создания наднациональных органов, однако до сих пор остается неясным, хватит ли у евразийских государств политической воли превратить ТС (а затем и весь ЕврАзЭС) в подлинно наднациональную организацию. Такая трансформация, по нашему мнению, подразумевает прежде всего внесение в конституции государств-членов таких изменений, которые бы им позволили передать определенную часть своих суверенных полномочий в пользу своего интеграционного объединения. При этом целью передачи суверенных прав государств-членов должно быть создание организации, обладающей верховенством в тех областях межгосударственного взаимодействия, которые связаны с завершением формирования Таможенного союза и создания единого экономического пространства /14/.

Этот невероятно сложный вызов усугубляется еще и отсутствием баланса между государствами — членами альянса. На Россию приходится 86,2% территории ТС; 84,7% его населения и 88,5% его ВНП (на Казахстан и Беларусь приходится, соответственно, 13,6% и 0,2% территории; 7,9% и 3,6% населения; а также 9,5% и 5,8% ВНП). Данное обстоятельство, несомненно, является одним из факторов, сдерживающих прогресс развития интеграционных процессов в рамках ТС, так как оно отнюдь не благоприятствует созданию наднациональных органов.

В этой связи нельзя не отметить, что практически с самого момента распада СССР предпринимались попытки привлечения в евразийский альянс Украины, а 19 сентября 2003 г. эта страна подписала наряду с Белоруссией, Казахстаном и Россией Соглашение о формировании Единого экономического пространства (ЕЭП), которое, с одной стороны, предусматривало поэтапное построение общего рынка и создание особого интеграционного органа — Комиссии, а с другой — определяло, что «каждая Сторона самостоятельно определяет, в каких из направлений развития интеграции или отдельных интеграционных мероприятиях она принимает участие и в каком объеме» (ст. 5 Договора). Последнее положение, по существу, позволяло Украине не оставлять своих амбиций относительно интеграции в Евросоюз, вступая в более интенсивное взаимодействие с евразийскими государствами. Идея подключения Украины к участию в ТС активно выдвигалась и после смены прозападной «оранжевой» власти. Однако даже после прихода к власти нового президента Украина отказалась вступать в ТС, сославшись теперь уже на то, что данный шаг будет не совместим с принципами и правилами ВТО (членом которой Украина стала в мае 2008 г.).

В этой связи как нельзя остро стоит проблема полного всеобъемлющего подключения государствчленов ТС к процессам международной экономической интеграции на глобальном уровне путем их присоединения к ВТО. Став членами ВТО и переняв принципы и правила этой организации, евразийские государства не только сделали бы значительный шаг в сторону гармонизации своих национальных законодательств, но и устранили бы значительную часть препятствий на пути к более тесному взаимодействию с другими постсоветскими государствами, которые уже вступили в ВТО (помимо Украины, также, например, с Арменией и даже членом ЕврАзЭС Кыргызстаном) и которые могли бы потенциально также стать частью евразийского альянса.

Более того, следует отметить, что ВТО делает исключение из своего общего требования режима наибольшего благоприятствования в отношении создаваемых его государствами — членами ЗСТ и таможенных союзов (ст. XXIV ГАТТ). Таким образом, государства — члены данных РИО, предоставляя экономические преференции друг другу, не обязаны предоставлять их третьим странам. Этим положением, например, успешно пользуется Европейский союз, который, представляя собой единую таможенную территорию и проводя единую внешнеэкономическую политику, является самостоятельным членом ВТО. Им же, несомненно, желал воспользоваться и ТС Белоруссии, Казахстана и России, о чем свидетельствует совместное заявление тройки от 09.06.2009 г. о намерении присоединиться к ВТО в качестве единой таможенной территории. Однако уже в октябре 2009 г. в силу значительного сопротивления США и Евросоюза тройка была вынуждена поменять свою позицию и объявить о том, что они будут вступать в ВТО хотя и на синхронизированных позициях, но в качестве отдельных субъектов.

Данное обстоятельство является одним из многих доказательств существования еще одной серьезной проблемы, стоящей перед евразийским альянсом : противодействия со стороны других геополитических сил. Естественно, что появление на глобальной арене еще одного мощного конкурента будет вызывать серьезную озабоченность других важных авторов мировой политики и экономики. Руководствуясь своими стратегическими интересами, США и Евросоюз будут естественным образом пытаться тормозить и, по возможности, даже остановить развитие своего соперника и, таким образом, не допустить образования мощного политико-экономического Евразийского союза.

Пути решения проблем и перспективы развития интеграционных процессов в Евразии

Несмотря на многочисленные вышеперечисленные проблемы, необходимо иметь в виду, что весь ход человеческой истории учит, что развитие тех или иных союзов государств (так же как и каждого отдельного государства-члена) зависит прежде всего от их внутренней политической воли и способности к самостоятельному поступательному движению в сторону достижения своих целей.

Построение Таможенного союза и единого экономического пространства — это процесс, основанный прежде всего на политических мотивациях, когда государства-участники этих процессов видят в осуществлении своих интеграционных проектов возможность укрепить свой национальный суверенитет, упрочить свою военно-политическую безопасность и сохранить (или даже увеличить) свое влияние в международных отношениях. Подтверждением этому является тот факт, что все государства — члены ЕврАзЭС являются одновременно членами такой организации, как ОДКБ. Кроме того, не подлежит никакому сомнению тот факт, что дальнейшее развитие региональных интеграционных процессов является неотъемлемым условием для всех государств — членов ЕврАзЭС на пути достижения ими высокого уровня социально-экономического развития /15/. В этой связи представляется очевидным, что евразийские страны во имя интересов своего народа обязаны предпринять максимум усилий в целях преодоления вышеуказанных проблем.

Одним из действенных средств решения вышеуказанных проблем, несомненно, стало бы вступление всех евразийских стран в ВТО. Тем более что выполнение данной задачи является вполне разрешимой и зависит от политической воли этих стран взять на себя обязательства соблюдать правила международной торговли. Более того, как евразийские страны заинтересованы во вступлении в ВТО, так и международная торговая система не может не желать охватить, наконец, весь земной шар и иметь подлинно универсальный характер. Не случайно, что в последнее время наметились серьезные предпосылки для вступления в ВТО России, вслед за которой членами ВТО должны стать и другие государства — члены ТС.

Гармонизация национальных законодательств государств Евразии на основе принципов и норм ВТО, несомненно, повлечет за собой дальнейшую либерализацию их экономической политики и, следовательно, их еще большую взаимосвязанность. Однако наиболее желаемым последствием большей экономической свободы должно стать наступление дальнейшей политической либерализации евразийских стран, что, в свою очередь, является необходимым предусловием для решения главнейшей проблемы региональной интеграции на евразийском пространстве — построения эффективных наднациональных органов. При существующей степени централизации государственной власти в евразийских государствах создание какой-либо параллельной мощной властной структуры не представляется возможным. Другими словами, создание наднациональных органов противоречит действующей концепции и принципам построения государств в Евразии, при которой ведущие политические авторы не готовы делиться своими огромными властными полномочиями даже внутри страны, не упоминая уже сферу межгосударственных отношений.

Следовательно, для построения наднациональных органов и дальнейшего продвижения интеграционных процессов необходимо проведение фундаментальных внутригосударственных реформ, основной задачей которых должна быть дальнейшая подлинная демократизация государственной и общественной жизни, значительное усиление полномочий представительских органов власти всех уровней и последовательное преобразование евразийских государств в парламентские республики. Только при таком условии, а также децентрализации процесса принятия политических решений и последовательном разделении власти не только по горизонтали, но и по вертикали возможно создание эффективных наднациональных органов, обладающих в пределах своей компетенции своей долей властных полномочий.

Не подлежит сомнению, что для дальнейшего продвижения процессов региональной интеграции в Евразии жизненно необходимо превращение вышеупомянутых Комиссии ТС и Суда ЕврАзЭС в подлинно наднациональные институты (наподобие Европейской комиссии и Суда Европейского союза). Однако главной целью должно быть создание избираемого прямым путем наднационального Евразийского парламента. Без создания подобного органа, деятельность которого стала бы одним из главных легитимирующих факторов создания Таможенного союза и дальнейшего углубления интеграционных процессов, вся система внутригосударственных представительских органов будет оставаться незавершенной и подобной зданию без крыши.

Создание наднационального Евразийского парламента позволило бы впустить в дело самую мощную движущую силу интеграционных процессов — народные массы, функция которых в настоящее время сведена лишь до роли пассивного статиста, безучастно, а порой (в силу ущемления некоторых краткосрочных интересов, незнания открывающихся долгосрочных перспектив или общего негативного отношения к политике правительств тех или иных стран) критически наблюдающего за принимаемыми «верхами» решениями. В этой связи никак нельзя недооценить значение наднациональных политических движений (создание которых подразумевает идея Евразийского парламента), которые в качестве одной из главных своих целей должны повсеместно агитировать в пользу объединения на демократической основе всей Евразии.

Можно с полным основанием утверждать, что демократизация Евразии, безусловно, создаст основу для лучшего взаимопонимания и более эффективного взаимодействия между евразийским альянсом и ЕС /16/. Сплочение и солидарность евразийских и европейских стран на основе общих политических принципов и ценностей не может не привести к еще более тесному сотрудничеству между Евразией и Европой /17/. На первоначальном этапе вполне логичным шагом было бы построение зоны свободной торговли между этими двумя геополитическими образованиями, которая впоследствии могла бы развиться в единое пространство свободы, безопасности и процветания от Атлантики до Тихого океана. Такое развитие, основанное на взаимном интересе всех сторон, могло бы не только полностью устранить антагонизм и соперничество между Европой и Евразией, но и стать решающим вкладом в деле становления системы многополярного мира будущего.